Дождь уже не хлестал, а просто ссыпался по стенам ровным шорохом. Скоро он разбежится в дробную капель и иссякнет, и останется только подождать с полчаса, пока вода уйдёт вглубь. На Земле, говорят, дождь идёт как попало, кое-где и по многу дней, и тогда там становится непролазная грязь – вроде болота, но без травы.

Уфф…

Отвалились. Всё.

Олег с паном Яреком опять спорят… Они начали спорить ещё на корабле и с тех пор никак не могут остановиться.

– Олежа, перестань звонить, – говорил пан Ярек, основательно положив волосатые лапы по обе стороны пустой миски. – Я допускаю, что ты гений предвидения, но пока что ничего кошмарного не случилось. И, вполне возможно, не случится… Я тут ещё одну сказку написал. Почти что про тебя. Хочешь послушать?

– Нет! – Олег вскочил. – После твоих сказок мне хочется только мыла и старой доброй пеньки. Лучше под дождиком постою…

– Ну и хрен с тобой, господин учитель, – беззлобно сказал пан Ярек, вытащил из кармана свёрнутый листок и оглядел аудиторию. – Никто не возражает?

Разумеется, никто не возражал.

– Сказка называется так: "Сказка о пастушках"…

Сказка о пастушках.

В одной деревне жил глупый пастушок. Пойдёт он с большими пастухами стадо пасти, дождётся, когда стемнеет и сядут пастухи юшку трескать, да как закричит: "Волк! Волк!" Пастухи, конечно, бегут волка ловить, головешками бросаются, кричат. А волка-то и нету. Раз он так пошутил, два раза, десять раз. Потом пастухам надоело, и перестали они эти крики слушать. Он, бедняга, вопит: "Волк! Волк! Волк!" – а они и ухом не ведут, сидят, юшку трескают. Вот как-то пришли волки, пастушок их заметил, закричал – ну а пастухи, разумеется, сидят себе. Волки зарезали с десяток овец и утащили, а пастухи разозлились на пастушка и порвали его.